?

Log in

Пять лет в августе. Год 2010.


    Уже который год подряд мне снится пещера, и чем ближе август, тем чаще. Кажется, это началось в десятом году, когда мы нашли Злату, и теперь не отпускает меня до сих пор.


Вид на Урупское карстовое плато и наш лагерь. Фото Тихонова А.


  Та экспедиция складывалась не слишком успешно: сперва мы совершили минипервопроход в давно известной горизонтальной пещерке, разбив валун, затыкавший узость. За узостью обнаружилась уютная галерея с огромным ледяным натеком, перегораживающим продолжение.


Вся команда в сборе (Штирлиц с другой стороны объектива). Делаем топу новой галереи. Фото Тихонова А.


Самострел Штирла на фоне красивостей в новой галерее.

  В эйфории от нашего открытия мы несколько дней пытались в буквальном смысле прорубиться дальше. Журнал выходов того года  хранит многочисленные записи о выходах в "забой", однако наши попытки не увенчались успехом - лед был крепче нашего упорства.


Пин готовится уйти в "забой" рубить лёд. Фото Ефимовой Т.

    Потом была безумная попытка провесить Горыныча вдвоём без гидр, в компании с ласковым ручейком талой воды за шиворот во входном колодце. Чуть позже, сидя над его входняком и выливая замерзшими руками воду из сапога, я крепко задумался о том, что нужно менять наши приоритеты и искать новые объекты для приложения наших сил. Тогда я еще не знал, что буквально через несколько дней начнётся новая эра наших экспедиций.

    А началось все с того, что мы пошли проверять довольно неприметную дыру, найденную отцом, из которой многообещающе дуло замогильным холодом. На правах саксаулов отправляем первой на разведку Татьяну. После недолгих уговоров – видно, что ей немного страшно, но жутко интересно - она уходит вниз. Какое-то время слышим возню и стук спущенных камней. Потом эти звуки стихают, только верёвка своими подёргиваниями свидетельствует о движении внизу. Перегибаюсь через край, чтобы посмотреть вниз и обмираю: лучи солнца, попадая в портал входа образуют отчётливую радугу на влажном воздухе, выносимом потоком наверх. Спустя пятнадцать минут появляется Татьяна, набрасываемся с распросами. По её словам, 30-метровой верёвки не хватило для спуска до конца наклонки, рассмотреть что дальше она не смогла, отцепляться от верёвки благоразумно не стала и вернулась назад.

    Одеваться лень, но оценить перспективы своими глазами хочется, поэтому, немного ворча, натягиваю комбез, железо и ныряю в дыру. Первые метры наклонного хода не поражают размерами, несколькими метрами ниже вываливаюсь в широкий ход с мощным снежником. Слежавшийся снег похрустывает под ногами, даже через одежду ощущается приятный после летнего зноя холод. Дохожу до 2-х метрового снежного уступчика, в этот момент правой рукой нащупываю концевой узел верёвки. Приехали. Фиксирую спусковуху и всматриваюсь вниз в надежде разобрать что там дальше. Хорошо видно стену, однако непонятно – есть ли поворот, или продолжение забито снегом. Леплю пару снежков и бросаю вниз, однако снег на полу гасит все звуки – ничего не понятно. Появляются следующие варианты действий: пойти в лагерь за верёвкой подлиннее или прийти с верёвкой подлиннее завтра. Возвращаться с верёвкой сегодня жутко не хочется, да и не верю я в успех борьбы с ленью. Оставлять такое дело на завершающий день тоже не вариант. Выбираю альтернативный  - третий вариант: снимаю жумар с уса и ставлю на конец верёвки, уперев в концевой узел. Достаю полутораметровую петлю из самоспасика и наращиваю ею педаль. Полученного конца хватает спуститься с уступа. Выбиваю ногами ступени в снегу, становлюсь поустойчивее и отцепляюсь от верёвки. Придерживаясь за стропу педали, аккуратно соскальзываю с уступа. Здесь уже не так широко, придерживаясь за стенки, спускаюсь вниз. Есть поворот!!! Аккуратно заглядываю за него, фонарь высвечивает широкий наклонный заснеженный ход, продолжение которого теряется в полутьме. Снова бросаюсь снежками и небольшими камешками, подобранными на снежнике – опять ничего не разобрать, однако на повороте в месте сужения хорошо чувствуется холодный ветер наверх. Значит, проход есть, можно возвращаться. Аккуратно добираюсь до стропы и, придерживаясь за неё, выкарабкиваюсь к началу навески. Через пару минут наверху рассказываю результат вылазки. Решаем вернуться завтра, чтобы попробовать пройти дальше.

    На следующий день втроём выдвигаемся из лагеря: договорились, что я пойду первым – улучшать навеску и вешать верёвку дальше, а Танюха с отцом пойдут следом с топосъёмкой. Заменив верёвку более длинным концом, ныряю вниз. Над знакомым уступом приходится бить спит – верёвка сильно трётся. Стена здесь из чёрного известняка – самого противного на всём Загедане – дыра постоянно выкрашивается мелкими кусочками. С третьей попытки получается сделать нормальное начало и забить наконец крюк. Спускаюсь к повороту. Здесь приходится бить ещё два спита, сдерживая желание бежать дальше. Наконец, можно спускаться. Аккуратно разматывая верёвку, шагаю по широкому ходу вниз, спускаюсь к месту, где свод смыкается со снежным полом. Налево уходит узкая щель. Протискиваюсь в неё и оказываюсь в узкой диаклазе, под ногами зияет чёрная трещина, вместо пола – пара расклиненных в узком месте камней. Сквозняк здесь такой, что едва не гасит пламя карбидки. Место не поражает размерами, но в данном случае меня это радует – провалиться в трещину не получится никак, раньше расклинишься. Продравшись пару метров по горизонтали, выползаю к расширению. Здесь уже нужно бить крюк, так как для распора широко. Подыскиваю подходящее место для перестёжки: таковым оказалось место на левой стене, до которого я могу дотянуться в полулежачем положении, нагрузив верёвку. В такой «комфортной» позе забиваю идеальный, на мой взгляд, спит. В последствии, мы ни разу больше его не использовали, однако, это уже история последующих лет. Спускаюсь на уступ ниже и пока бью очередную перестёжку, меня догоняет наша топо-команда. Предлагаю им попить на этом уступе чаю, лезу в транс за горелкой, достаю пакет с едой, из дыры которого с жалобным лязганьем вылетает чайная ложечка и улетает в черноту меандра подо мной, дав тем самым в последствии название этому месту (Лжичков Выступек - ческ. Ложечковый Уступ). Оставляю жратву топосъёмщикам и ныряю вниз – в очередное расширение меандра. Спустившись несколько метров по вертикали, оказываюсь в просторной галерее с неизменным снежным полом, под наклоном уходящим вниз. Вприпрыжку спускаюсь по нему и упираюсь в тупик: ход срезан будто ножом тектоническим разломом. Геолог внутри меня воет от восторга!


Тектонический разлом, срезавший ход как ножом. Вид снизу вверх (от Слоника). Фото: Тихонов А . (2011 г.)

    Плоскость среза покрыта большим количеством белоснежных гелектитов. Отдельно выделяется причудливый сталагмит в профиль очень похожий на слоника – с крючком хобота и паланкином раджи на спине. Отсюда же налево горизонтально уходит узкая щель с сильным сквозняком и вниз – тесный меандр. Отцепляюсь от верёвки и ползу на разведку. За щелью оказалась круглая камера и ещё более сужающийся щелюган. Наиболее очевидным продолжением показался меандр. Протиснувшись через пару его коленец на глубину примерно двух метров, оказываюсь перед очередным поворотом, за которым угадывается расширение. Однако меандр уже настолько узок и извилист, что мне не хватает дополнительных шарниров в теле, чтобы преодолеть последний поворот. Пришлось заняться любимым делом спелеологов – швырянием камней. Звуки их падения однозначного ответа о продолжении не дали: после очередного броска послышалось многозначительное бульканье. Ясно было одно – продолжение есть и, похоже, вполне просторное.


Щель-разлом в конце галереи. Фото: Тихонов А. (2011 г.)

  Возвращаюсь по навеске под уступ, здесь выясняется, что Татьяна замёрзла и ни за какие коврижки не хочет делать топу дальше. Даже обещание показать слоника её не убеждает. Отпускаем её наверх, благо идти недалеко, а сами решаем доделать топу. Поставив заключительный пикет на Слонике, уже вдвоём смакуем красоту места, названного нами в последствии Красна Слепа Уличка (чешск. Красивый Тупичок). Ещё раз заглядываем в меандр, примеряясь как его немного расширить в следующий раз, чтобы протиснуться дальше и идём наверх.

После топосъёмки: уже планируем экспедицию в следующем году. Фото: Ефимова Т.

     В дальнейшем Злата-Липовецкая, так мы назвали её после топосъёмки в честь 20-летия дружбы с чешскими спелеологами, предпочитала открываться нам постепенно, всякий раз в конце оставляя некоторую недосказанность. Как приглашение на следующий год. Топа, законченная на макушке «Слоника», показала глубину 58 м.


Топосъёмка п. Злата-Липовецкая по результатам 2010 года.
   
      С этого момента меня и стали преследовать сны о ней -  я неоднократно проходил за этот поворот. И каждый раз там было что-то новое: то обширный зал, то широченный наклонный ход с сыпухой, то красивое и глубокое озеро в небольшом уютном зальчике...

Comments

Требую продолжение истории! )))) Очень понравилось читать )
Ну а как же, ещё четыре года и 245 м глубины)
Ты не затягивай с продолжением ) Это как выпуск новой серии в любимом сериале ) Аж подмывает )))